Солнце волнуется раз...

Автор: 
Анатолий Петрукович

Анатолий Алексеевич, три года назад всё человечество напряжённо ждало конца света по календарю майя. И главным кандидатом на палача нашей цивилизации называлось Солнце. От него ждали какой-то глобальной вспышки, радиационного удара, взрыва.

– Идея об очередном конце света у нас появляется приблизительно каждые три года. Главное, чтобы событие было «назначено» не на завтра, чтобы успеть тему отработать, и не на слишком далеко, чтобы вызвало ажиотаж. Рассуждения о календаре майя были из той же серии. Но с Солнцем трудно придумать что-то новенькое – это чрезвычайно стабильная звезда, жёлтый субкарлик, таких во Вселенной триллионы и пока с подобными звёздами мы ничего исключительного не наблюдали. Они не взрываются, не вспыхивают, это исключительно стабильные природные термоядерные реакторы, работающие по несколько миллиардов лет. Поток солнечного излучения обогревает Землю, создаёт условия для жизни, питает атмосферу, определяет климат. Все наши тайфуны, ураганы – всё это результат деятельности Солнца.

Тепло, которое Солнце излучает, – это поток солнечной энергии, и он замечательно стабилен. Он так и называется – «солнечная постоянная». Последние несколько десятков лет его измеряют очень точно: около орбиты Земли это примерно полтора киловатта на квадратный метр.

Пятна

– То есть с квадратного метра можно вскипятить чайник?

– Да, но не на Земле, а именно около её орбиты. До поверхности доходит значительно меньше. Цифра эта потому и называется «солнечная постоянная», что изменения её во времени ничтожны – в пределах примерно 0,1%. Этого совершенно недостаточно, чтобы как-то значимым образом изменить температуру на нашей планете. Ждать от Солнца резкого разогрева или тем более взрыва у нас нет оснований. Мы наблюдаем за светилом при помощи астрономических инструментов с XVI века. Галилео Галилей первым посмотрел на него через телескоп и обнаружил на нём пятна.

– Ну да, Чехов относил радость астрономов по поводу открытия на Солнце пятен к случаям беспримерного злорадства.

– На самом деле крупные пятна видели и раньше, но это было очень нерегулярно. А с XVII века у нас есть почти полная история наблюдения солнечной поверхности. Первые триста лет наблюдений пятна считались таким «казусом»: все знали, что они есть, но зачем они нужны, почему и откуда берутся – было непонятно. А невооруженным глазом ничего, кроме пятен, на Солнце незаметно. Ещё есть – уже на Земле – полярные сияния, но их с Солнцем раньше не связывали, считали чем-то полумистическим. Только в XIX веке начали сводить сияние и пятна воедино.

Магнитные бури

– В XVII веке мы научились измерять магнитное поле Земли. Сначала казалось, что оно постоянное. Но в XIX веке выяснилось: магнитное поле иногда «дергается» – так появился термин «магнитная буря», т.е. мелкие нерегулярные ни к чему не привязанные изменения магнитного поля. Оказалось, что полярные сияния в это время усиливаются, могут даже спускаться в средние широты.

В 1859 году произошла самая сильная из известных нам солнечных вспышек. После неё на Земле бушевала огромная магнитная буря, которую сейчас называют событием Кэррингтона». Эту вспышку, мгновенное уярчение Солнца, впервые заметил английский астроном Ричард Кэррингтон. Он наблюдал за большим пятном и обнаружил, что на несколько минут в нём загорелась белая точка – так называемая вспышка в белом свете. Так видны только самые яркие солнечные вспышки.